Silent_Lily
Хуже не когда ты что-то не знаешь, а когда ты и не хочешь этого узнать


Чувство полного отчаянья не покидало меня. Мне казалось, что оно вытекает из меня как поток и заполняет собой всё липкое и тягучее пространство вокруг. Я висел в невесомости и бессмысленно пялился в черноту перед собой, до краёв наполненный этим чувством. Я не мог двинуть ни рукой, ни ногой, не мог выдавить из себя ни слова – только висел обездвиженный и пропускал через себя как воду ужасные, разъедающие меня изнутри чувства. Мне было страшно. Мне было больно и одиноко. И я понимал, что я потерял что-то очень важное. Очень важное и дорогое. Брата.

* * *

Ночь с 14 на 15 декабря 2012 года. День пятьдесят второй.

Я проснулся липкий от пота. Резко открыл глаза и поднялся в сидячее положение. В комнате было темно. Часы показывали, что сейчас за окном глубокая ночь. Судорожно вдохнув, я прижался ухом к гипсокартонной стене и затаил дыхание, вслушиваясь в шорохи на той стороне. Только прикрыв глаза и сосредоточившись, я услышал тихое посапывание братца. И тотчас расслабился, обессиленно рухнув обратно на кровать.
Сны про смерть Дейва приходили ко мне с жестокой регулярностью. И мне это очень не нравилось. За эти четыре дня я каждый вечер запирался в своей комнате и играл с Бейзил в гляделки, стараясь вспомнить то состояние ярости, которое меня посетило после появления «кошки» на моей кровати. К слову, рисунок с этой тварью я демонстративно сжёг на глазах у куклы, показывая, насколько я серьёзен. Но испугал этим я, что забавно, не её, а Джейка.
Как я ни старался, я не мог довести себя вновь до того состояния, которое испытывал – я был поразительно спокоен и сосредоточен. И хоть обычно при полном спокойствии я могу бесстрастно принимать решения и действовать молниеносно, то теперь это играло на руку кукле – она тормозила меня. Я буквально чувствовал нити, удерживавшие мою руку. Слышал скрип шарниров за спиной. Но этой чертовщиной меня было уже не напугать. Она только раздражала. И тогда Бейзил выбрала другую тактику – она насылала на меня сны про смерть моего младшего брата. Будто угрожала, что убьёт его, стоит мне только пальцем её тронуть. Меня начинала бесить эта подвешенность в воздухе.
И вот теперь, после уже третьего или четвёртого сна на эту тему, я решил, что пора, наконец, заканчивать этот балаган. Отец приедет к нам на это Рождество, и до этого момента я должен справиться с этой тварюгой, чтобы ничего не портило нам праздник - один из тех редких моментов, когда мы собирались всей семьёй за одним столом. И я твёрдо решил, что это Рождество ничем не будет отличаться от предыдущих. В том числе и количеством человек, уплетающих рождественский пудинг, приготовленный этой стервой Кейт. Нас должно быть трое. И не меньше.
Утерев рукой взмокшее после напряжённого сна лицо, я поднялся с кровати и выпрямился. И почти сразу же кожей почувствовал пристальный взгляд серых глаз.
- Наблюдаешь, да? – шёпотом спросил я, глядя на беловолосую куклу.
Та сидела на моём ноутбуке и внимательно смотрела на меня. Теперь-то я отчётливо чувствовал весь негатив и голод, который волнами шёл от твари, смотревшей на меня через стеклянные серые глаза. Они глядели вопрошающе, будто интересовались, с каких это пор она не имела права смотреть на меня.
Я с рыком выдохнул и утёр лицо краем футболки. Свет включать я был не намерен – на него бы как мотылёк прилетел Инглиш – в последнее время призрак посчитал своим долгом коротать вместе со мной бессонные ночи. И хоть я был благодарен ему за это, сейчас я не хотел, чтобы мой паранормальный помощник ошивался поблизости. С Бейзил я должен справиться сам.
Я снова осмотрел куклу с ног до головы. Она была всё в том же платье – зелёном, которое потом становилось чёрным и покоцанным, будто обгоревшим на концах.
«Обгоревшим…»
- Так вот что имел в виду Джейк, когда говорил, что это платье – камень в его огород. Стерва, - я опустился за стол и оказался пугающе близко к сероглазой кукле. Если бы она могла двигаться, то она бы с лёгкостью дотянулась своей ручкой до моего носа. - То, что ты ранила Лилит – предупреждение, да? Ты ведь слышала, как я говорил, что это - любимая кукла Дейва из всей моей коллекции. Единственная, которую он не боялся. А платье зелёное, как глаза Инглиша, но будто пережившее пожар – это напоминание призраку о том, как ты с ним расправилась в своё время?
Бейзил спокойно глядела на меня. В ночных тенях я даже увидел ухмылку на обычно неулыбчивом лице куклы. И ей было там место – эта гадина смеялась надо мной. Думала, что я умру и исчезну, как и все остальные её жертвы. Она была уверена в этом.
- Самодовольная, мерзкая тварь, - прошипел я. Руки мои сжались в кулаки, и я почувствовал, как ногти впились в кожу – так сильно я их сжал. Меня начинало трясти. - Думаешь, что мы все – твои игрушки? Мучаешь нас как ребёнок, который ловит насекомое и отрывает ему по одной лапке. Хватит играть со мной – я не такой идиот, каким ты меня считаешь. Хочешь драться – дерись. А не сиди в центре своей паутины, трусливая паскуда!
В серых глазах мелькнула злоба. Она начала угрожать мне в ответ – я снова услышал негромкий шум шарниров за спиной. Я на это только хмыкнул.
- Это всё, на что ты способна?
Кукла снова начала ухмыляться. И в этот момент я понял – она просто меня жалеет. Ей нравится играть со мной медленно, а не бить в полную силу. Потому что я – забавный.
Забавный…
Во мне вспыхнула какая-то искра, которую до этого никто никогда не зажигал. И искра эта мгновенно вызвала цепную реакцию. Ярость, страх, раздражение и огромное желание, наконец, прекратить череду этих мучений соединились в одну огромную волну, которая накрыла меня с головой. Я почувствовал прилив таких сил и эмоций, что они зашкаливали внутри меня и просились наружу. И я понял, что если сию минуту их не выплесну, то просто взорвусь.
Эта кукла. Эта жестокая, мерзкая тварюга ни за что и никогда не победит меня. Не контролируя себя, я вскочил.
- А я с тобой играть больше не намерен!
Собственный голос звенел в ушах. В глазах потемнело. Я схватил куклу за волосы и со всей силы, если не ещё сильнее, зашвырнул её в дальнюю стену. Стоило мне услышать звон керамики, как ярость тотчас спала.
И тут я услышал смех. Холодный и негромкий. Смеялось всё вокруг меня. Смеялось злобно и заливисто, как смеются над жертвой, попавшей в капкан и уже не способной выбраться.
- ЗАМОЛЧИ! – рявкнул я и испугался своего голоса. Повисла тишина.
Я сделал шаг назад и опустил взгляд на разбитую куклу, лежавшую в другом конце комнаты. Меня начала переполнять тревога. Дыхание быстрое и судорожное рвало лёгкие, а сердце стучало где-то у глотки.
«Что я натворил…»
Разбитая кукла лежала в неестественной позе и неотрывно смотрела на меня стеклянными глазами. Её лицо и плечи были покрыты трещинами, а шея была безвозвратно сломана. Голова марионетки держалась только на резинке. В какой-то момент мне почудилось, что сейчас эта нечисть дёрнется и медленно поднимется. А потом начнёт подходить ко мне, придерживая голову одной рукой, чтобы та не упала окончательно. На нарисованных губах я вновь видел ухмылку. Ну вот я и попался…
Не выдержав этого взгляда, я отвёл лицо и рванул прочь из комнаты. Задней мыслью я боялся, что Бейзил пойдёт за мной следом, но, к счастью, обошлось.
Когда я вышел в коридор и захлопнул дверь, я направился прямиком к двери брата и вновь прислушался. Там было тихо – сон Дейва, к счастью, стал таким же крепким, каким был до всех этих паранормальных приключений, и потому я мог не волноваться, что разбужу его. Успокоив себя, я, подавляя порыв войти к нему в комнату и остаться у его кровати, направился в ванну. Надо было привести себя в порядок.
Как только я закрыл дверь ванной комнаты, я увидел в отражении зеркала знакомый призрачный силуэт. Джейк стоял у двери, скрестив руки на груди. В отражении его осунувшиеся щёки и тусклые глаза казались особенно жутковатыми, поэтому я поспешил повернуться к нему лицом.
- Что стряслось? Я слышал какой-то шум.
Я молча смотрел Инглишу в лицо. Затем выдохнул, отвернулся обратно и начал умываться, решив, что сначала всё же надо остудить голову. У меня до сих пор колени дрожали от того, что я пережил и натворил. Англичанин всё так же внимательно глядел на меня, ожидая хоть каких-то объяснений.
- Джейк, окажи мне услугу, - сказал я, как только холодная вода чуть остудила кровь в моей голове, и сердце застучало не в горле, а в груди.
- Хм? Да, приятель, что я могу сделать? – мертвец наклонил голову на бок, удивлённо приподняв одну бровь.
- Присмотри завтра за Дейвом. Это очень важно.
Вторая бровь Джейка взметнулась вверх вслед за первой, но он кивнул. Затем осторожно спросил:
- Она что, снова угрожала?
- Ещё кто кому угрожал, - я нервно хохотнул, но увидев недоумение на лице призрака вздохнул. - Скажем так – впервые в жизни я достиг состояния аффекта.
- Ты что-то сделал с куклой? – голос Инглиша звучал взволнованно и напряжённо. Я только кивнул.
- В свою комнату я больше не зайду, так что если хочешь подробностей, то сам посмотри.
Призрак повёл плечами, а затем исчез. Я же вновь обернулся к зеркалу и заглянул себе в глаза. В них я не увидел ничего, кроме усталости и тревоги. Я порадовался, что меня сейчас никто не видит. Ведь я уже и забыл, когда выглядел как маленький напуганный мальчик – а вид мой был именно таким. Я вышел из ванной и засел на кухне, поставив в микроволновку нагреваться чашку чая.
Джейк вернулся. Вид у него был удрученный. Это меня даже удивило.
- Эй, чел, - я сидел за столом и грел руки о чашку, - я же разбил её. Разве это не хорошие новости?
- Новости-то хорошие, - Инглиш опустился на стул напротив. Ночные тени делали его кожу поразительно бледной и прозрачной. - Но есть одно «но».
Я напрягся, выжидающе глядя на призрака.
- Она возьмёт своё. Это единственное, что я могу тебе сказать.
- Возьмёт своё? Но я же…
- Да, ты её разбил, – англичанин говорил негромко и спокойно. - Но ты сам понимаешь, что такая ухмылка ничего хорошего не сулит. Я уже сталкивался с подобной ситуацией. Дирк, она…
- Нет, - мой голос задрожал. Я боялся того, что сейчас скажет Джейк, - не говори…
- Она сделает всё, чтобы насолить тебе за то, что ты сделал.
В глазах призрака я прочитал то, что он не хотел говорить, потому что я не хотел этого слышать.
Она убьёт Дейва.
- Нет, - в горле встал липкий ком. Теперь я по-настоящему испугался.
- Такое уже было, Дирк. И было не с кем-то, а со мной лично. Она заберёт последнюю жертву. Того, кто тебе особенно дорог.
На лице Джейка я видел сочувствие и отголоски моей боли. Он понимал меня. И поэтому не мог мне врать, хоть правда и была для меня страшнее всех тех видений, которые насылала Бейзил.
- Но я же порвал с ней связь, - уцепился я за последнюю ниточку, которая осталась. - Ты же сам сказал, что после этого она перестанет бить по близким и сосредоточится на мне.
- Да, так и есть. И она сосредоточилась именно на тебе. Но её действия не подчинены стандартной логике «если жертва перешла на следующий шаг, то надо переходить на него вместе с ней, оставляя всё остальное нетронутым». Она хочет максимально тебя ослабить. И она сделает это, потому что ты показал, что достаточно силён, чтобы сражаться с ней.
- Это не может быть правдой, - судорожно выдохнул я. Но Инглиш решил меня окончательно добить.
- Твой брат… Он обречён.
Голос призрака дрогнул. Но мне было плевать. Я не хотел – отказывался верить в то, что он говорил. Хотя я прекрасно понимал, что обычно слова англичанина оказываются правдой.
Я сидел и молчал. Глаза мои застилала какая-то пелена, горло сжало в тиски.
- Нет, - выдавил я из себя и поднялся со стула.
На лице Джейка отражалась моя же собственная боль. Он поднялся.
- Дирк, прошу - успокойся.
Меня вновь трясло, но я стоял на месте. Инглиш подошёл ко мне.
- Дерек, мне жаль…
- Жаль ему, - рыкнул я, а затем, обогнув его, подошёл к окну. Повисло молчание.
Я всё ещё не хотел верить в то, что мой братец погибнет. Я был уверен, что ему ничего не угрожает, и эта уверенность упрямо держалась в моей груди. Я глядел за окно и не видел ничего перед собой, погрузившись глубоко в себя. Руки невольно потянулись к жетону, и я начал его перебирать пальцами. Но на этот раз это меня не сильно успокаивало. В какой-то момент, не говоря ни слова, я направился к комнате брата.
Я обнаружил себя у его двери – стоял, прислушиваясь к его спокойному дыханию и шороху, который он издавал, когда переворачивался с одного бока на другой.
- Ему же всего четырнадцать лет, - ни к кому не обращаясь, прошептал я.
Вдруг на момент я ощутил, что что-то коснулось моего плеча. Чья-то ладонь. Причём очень тёплая и мягкая. Я вздрогнул, но только почувствовал неясный запах гари. Ощущение пропало так же внезапно, как и появилось.
Я судорожно выдохнул, ища глазами Джейка (только от него могло пахнуть гарью), но, не увидев его, поводил плечами. Впервые за долгое время мне захотелось, чтобы рядом со мной была мама. Не отец, а именно мама. Сглотнув вновь подступивший к горлу ком, я негромко открыл дверь и прошёл в комнату братишки. Тот спал. Сейчас ещё было очень рано, да и светать будет совсем нескоро. Поняв, что я поторопился с похоронами своего брата – вот он лежит, целый и невредимый - я решил, что не уйду из его комнаты, чтобы ночью с ним ничего не могло случиться. А если и случится, то чтобы и меня это тоже зацепило. Я опустился на пол у кровати младшего и впервые за всю свою жизнь начал молиться. Начал просить Бога, в которого никогда не верил, чтобы он сделал так, чтобы утро никогда не наступало. Пусть я и знал, что это невозможно.

* * *

Я не заметил, как умудрился уснуть. Я бы даже и не понял, что провалился в сон, если бы не почувствовал, как меня толкают в плечо. Я поморщился и разлепил глаза. Всё тело ныло оттого, что я провёл ночь на полу да ещё и не в самой удобной позе. Ноги сильно затекли.
На меня обеспокоенно смотрел младший братишка. Он меня как раз до этого и расталкивал.
- Наконец-то. А то я начал было думать, что тебя придется целовать, чтобы разбудить, - усмехнулся он.
Я пару мгновений просто соображал, что происходит, а затем зевнул и тяжело поднялся, морщась от боли в затёкших мышцах.
- Не дорос ты ещё, чтоб меня целовать, лилБро, - я взлохматил волосы Дейва. Подсознание пыталось удержать в памяти каждую деталь этого утра. Сердце, как и до этого, бессильно и жалобно сжималось. Я старался не думать о том, что брату угрожает опасность, убеждая себя, что Джейк присмотрит за ним, и всё будет хорошо.
Братец зажмурился, кое-как приглаживая волосы обратно.
- Пфт, говоришь так, будто в какой-то момент можно будет. Чел, это довольно странно, тебе не кажется?
- Ну а кто тебя знает, - я снова разлохматил его волосы и начал разминаться. - Я в школу не иду сегодня.
Брат чуть нахмурился, вновь поправляя растрёпанные пряди.
- Прекрати устраивать мне воронье гнездо на голове. И вообще - с чего это ты внезапно оказался возле моей кровати?
- Захотелось мне – ночью хреново стало, - сдержанно проговорил я. Дейв вновь с долей беспокойства глянул на меня.
- Чел, тебе нездоровится?
- Нет, Дейв, всё тип-топ, - я выдавил из себя улыбку.
Братец посмотрел на меня внимательно, но затем лишь поправил сумку на своем плече.
- Ладно. Ты в школу не идешь, а мне вот надо. Надеюсь, если я оставлю тебя на какое-то время, ты не двинешь кони?
- Не двину. Это ты, бро, лучше ворон не считай по дороге, окей? - как можно более будничным тоном проговорил я, стараясь ничем не выдать того, что я не хочу выпускать Дейва из квартиры сегодня. Это поведение посчиталось бы странным - брат-то считает, что с Тварью покончено. Всё же лучше было не держать его взаперти.
Надев свои очки, Дейв похлопал меня по плечу, и только сейчас я понял, что за всё это время он сильно вырос. Когда мама погибла, младший не мог достать до нижних полок на кухне, и всё доставать приходилось мне. А теперь мы с ним были одними из самых высоких парней в наших классах. И братишка почти дорос мне до подбородка…
- Договорились. Увидимся днем, - он вышел из комнаты. И, конечно, не заметил, как за ним следом направился Джейк. Этот призрак никогда не нарушает своих обещаний.
Хлопнула входная дверь. Я еле сдержал порыв обнять брата со спины, прижать к себе и не отпускать. Но ему бы явно не понравились эти «гейские замашки». Я судорожно выдохнул и проглотил липкий комок, вновь вставший в горле.
Через некоторое время, кое-как позавтракав, я с горем пополам заставил себя зайти в собственную комнату. И с порога принял защитную позицию.
- Если ты что-то с ним сделаешь, - прорычал я, зная, что меня слышат, - то поверь мне, Бейзил - я буду сражаться с тобой до последнего вздоха. Я не сдамся тебе. Ты не с тем связалась.
Кукла умудрилась за ночь переместиться на кровать. Голова её была неестественно сильно наклонена вбок. Бейз сидела прямо лишь потому, что опиралась на Кэла. Серые глаза смотрели с холодным безразличием. Она знала о том, что знаю я и что я уже проинформирован о её следующем шаге. Но я бесстрашно глядел ей в глаза – она никогда не увидит, как мне больно оттого, что я могу потерять брата.
- Я человек слова, Бейзил, - негромко и напряжённо сказал я. - И я могу поклясться собственной жизнью, что запихаю тебя туда, откуда ты пришла.
Мне захотелось вновь хорошенько ударить куклу о стену или раздавить её ногами, но меня тормозило только то, что этот шаг был бы бессмысленным.
Казалось, что губы куклы скривились в презрительной гримасе. Конечно - та тварь, что сидела в ней, была уверена, что у меня ничего не выйдет. Ни у кого раньше не выходило.
- Значит, я буду твоим первым, - понимая всю двусмысленность этой фразы, я ухмыльнулся и уверенным движением выдернул Кэла из-под куклы. - И не смей прикасаться к Кэлу, тварь.
Бейзил завалилась назад. Голова её повернулась так, что она всё равно продолжала смотреть на меня. Я увидел ухмылку и понял – вызов принят.
С тяжёлым сердцем я сел за компьютер, закрепив своего самого лучшего бро у себя на шее. Я слышал карканье ворон за окном – сегодня их было как-то поразительно много. Я невольно вспомнил, как мы с братом выходили вместе на крышу и гоняли этих пернатых задниц прочь своими тренировками на мечах. Было весело.
Воспоминания снова вернули меня к Дейву, и сердце вновь начала сковывать тревога. Нет. Не надо думать о чём-то плохом. Он ушёл всего пару минут назад. И если бы с ним что-то случилось, то Джейк уже был бы здесь. Я погрузился в Сеть, оградившись от всего непроницаемым панцирем. Потом, всё потом. А сейчас надо просто дождаться, когда братишка вернётся со школы. А он вернётся. Обязательно.
Через какое-то время меня «разбудило» особо громкое карканье. Я обнаружил, что смотрю какой-то низкопробный хентай с похабно стонущей девочкой-кошкой. И хентай этот не производил на меня никакого впечатления. Выключив видео, я поднялся с места и глянул на часы.
Оказалось, что просидел я в Сети просто огромное количество времени. Теперь ясно, отчего мне так захотелось есть. Проигнорировав всё лежащую на кровати поломанную Бейзил, я направился на кухню. Джейка не появлялось - значит, с Дейвом всё в порядке. Как хорошо. Скоро он должен прийти – в субботу ребята учились в укороченную смену. К часу дня-к двум добрая половина учеников средней школы (преимущественно 5-6 классов) были свободны. Значит, надо приготовить брату что-нибудь, ведь он придёт из школы голодный.
В холодильнике было пусто. Жаль - придётся сходить в магазин. Я, попеременно глядя в холодильник, начал составлять список покупок. Главное – не забыть яблочный сок для братишки. Никогда нельзя забывать взять для него яблочный сок.
Когда я собрался, я кинул последний взгляд на Кэла, которого посадил в своё компьютерное кресло.
- Кэл, следи за этой стервой, ладно? Ты мой бро, и я доверяю тебе как себе, окей?
Сказав это, я вышел из дома. Мне грела душу мысль о том, что с Дейвом до сих пор всё хорошо.
В воздухе летали небольшие снежинки, которые таяли, достигая земли. Небо было серым и облачным. Людей на улице было не слишком много, что меня очень обрадовало. Но вот что-то слишком уж много птиц… Голуби, вороны. Они всё время попадались по пути. Вороны в особенности, которые ещё и каркали вслед. Так и казалось, что одна из них да и скажет «Невермор» мне вслед. И неважно, что в оригинале был ворон. Чтобы этого не случилось, я включил музыку в наушниках на максимум, стараясь не обращать внимания на чёрных птиц. Играла песня «Been To Hell» группы Hollywood Undead. Можно сказать, что подходила она под моё состояние как нельзя лучше.
Покупка необходимого не заняла у меня много времени, посему вскоре я уже выходил из магазина с пакетами в руках. Теперь оставалось лишь вернуться домой, приготовить обед и дождаться Дейва. Обычная рутина, которую сейчас мне в чём-то не терпелось выполнить.
Скользнув взглядом по улице до перекрёстка, я заприметил своего брата – он стоял на переходе, дожидаясь зелёного света. Джейк находился чуть позади, вид у призрака был вполне спокойный. Ну вот и отлично – дойти до дома вместе будет даже лучше. Впервые за всё это время я расслабился, успокоенно выдохнув.
Пешеходный светофор переключился на зелёный. Дейв направился через дорогу по диагонали, дабы сократить путь. Инглиш последовал за ним, слегка качая головой. Видимо, призрак не слишком одобрял подобный метод перехода перекрёстка, но что поделать – многие так поступают.

В следующий миг раздался чуть ли не оглушающий звук клаксона автомобиля, который мчался вперёд. Несмотря на красный свет, он не попытался остановиться и даже не сбавил скорость… Стая ворон с громким карканьем взмыла в небо, когда Дейва сбила машина, и он, подобно сломанной кукле, рухнул на асфальт.

Весь мир для меня в этот момент разбился на тысячи, если не миллионы осколков. Я бросил пакеты и рванул к брату, истошно закричав:
- Дейв! ДЕЙВ!
Я ничего не видел вокруг себя, опрометью несясь к брату. Где-то на периферии сознания я почувствовал, что одна из машин задела меня бампером, и услышал визг тормозов и ругань, но мне было откровенно плевать.
Я бухнулся на колени и схватил обмякшего братишку за плечи:
- Не смей умирать! Ты слышишь, говнюк мелкий, не смей умирать!!!
Я тряс его, заглядывая в его замершее лицо. В остекленевших и мутных, совсем как у Джейка, глазах я видел только удивление и тень смерти. И отказывался верить.
Я кричал и продолжал трясти младшего за плечи, с ужасом замечая как неестественно выгнулась его шея. Совсем как у куклы, у которой разбился шейный шарнир…
- Сволочь, только попробуй умереть! – хрипя, продолжал кричать я. По моим щекам текли слёзы. - Мы же хотели отпраздновать это Рождество втроём! Я же защищал тебя! Как ты смеешь умирать на моих глазах?!
В какой-то момент во мне не осталось сил ни на слёзы, ни на крики. Обняв брата и прижав его к себе, я уткнулся носом в его уже начавшее холодеть плечо и стал перебирать мокрые от крови волосы. И не хотел его отпускать – пытался согреть его своим теплом.
- Это не может быть правдой… - еле слышно повторял я, всё внутри болезненно сжималось. - Это не может быть правдой!
Я чуть раскачивался вперёд-назад, прижимая к себе не двигающееся тело.

* * *

Не знаю, сколько времени я провёл в таком состоянии.
Как сквозь туман я ощутил, как меня трогают за плечо. Точно так же прошла для меня поездка в больницу на карете скорой помощи. Дейва уложили в койку, а я ехал рядом и не выпускал его тяжёлой руки. Лишь силой меня заставили выпустить братишку, когда мы доехали. Мне казалось, что он без меня окончательно замёрзнет и что ему будет плохо, если старший брат его оставит. Помнится, я даже пытался доказать врачам, что Дейву страшно и что я должен быть рядом.
Более-менее пришёл я в себя только когда врачи дали мне какое-то успокоительное и попросили позвонить отцу, с горем пополам выяснив из моих отрывочных и не очень адекватных фраз, что он у нас с Дейвом есть и что он сейчас находится даже не в этом штате. Они подтвердили то, что Бейзил сыграла свой аккорд в нашей с ней битве.
- Твой младший брат мёртв, сынок, - негромко сказал мне врач.
Если бы не лошадиная доза успокоительного, которую мне не то дали выпить, не то вкололи – я находился в таком шоковом состоянии, что, наверное, не почувствовал бы ничего, даже если бы мне отрубили палец – я бы снова ударился в истерику. Но, к счастью, обошлось. Я просто нервно засмеялся, и по щекам моим вновь потекли слёзы.
Врач – женщина средних лет с прозрачными и уставшими светло-голубыми глазами – говорила со мной мягко и тихо, как с маленьким мальчиком, и всё время поглаживала меня по спине небольшой, но тёплой ладонью.
- Дерек, милый, позвони своему отцу, - негромко и мягко сказала она. - Я понимаю, что тебе очень тяжело. Но без него мы с тобой не справимся, верно?
Отвыкший от женской мягкости и ласки, я не знал, как реагировать на её заботливый тон, и только тупо кивнул.
- Вот. Так что позвони ему, Дерек, – терпеливо впихивала она в мою голову, по сути, простейшую мысль. И я вроде осознавал её. Но не мог приказать себе что-либо сделать. Просто сидел, вздрагивая как от ударов от каждого её мягкого прикосновения, и смотрел в одну точку.
- Или давай я ему позвоню? Ты скажи номер его мобильного, Дерек, - мой мозг всё ещё отказывался воспринимать слова врача.
- Дирк, посмотри на меня, - послышался со стороны совсем другой голос. Я поднял взгляд и увидел, что это Джейк. Он стоял неподалёку, скрестив руки на груди, и смотрел мне в глаза. Твёрдо и даже напористо. - Возьми себя в руки и позвони своему отцу, – коротко сказал он.
Его в чём-то приказной тон был именно той опорой, на которую я смог более-менее положиться.
- Я… Мне нужно немного побыть одному, - смог я выдавить из себя более-менее связное предложение.
- Что-что, Дерек? – врач наклонилась ко мне. Видимо, я сказал это не очень громко.
- Я сейчас позвоню папе. Просто оставьте меня одного, - я поднял на неё взгляд. Наверное, со стороны я выглядел тогда очень жалко. - Пожалуйста.
Понимающе улыбнувшись, врач кивнула и напоследок вновь погладила меня по спине.
- Только обязательно позвони.
Вскоре в коридоре кроме меня больше никого не осталось. Примерно минуту я сидел в тишине и ничего не чувствовал. Успокоительное, похоже, начало действовать в полной мере - в голове моей была только пустота, а в теле усталость. Мне вдруг очень захотелось спать. И глаза сильно болели.
Я ощутил запах гари и заметил, что призрак опустился на скамью прямо рядом со мной.
- Дирк, поверь - я тебя понимаю. Я тебе сочувствую. И я прекрасно знаю, в каком ты сейчас состоянии. Но пожалуйста – соберись. Позвони отцу – он должен знать.
- Но как я ему скажу? - почти неслышно выдавил я.
- Поверь – он наверняка сам догадается. Позвони, - спокойный и ровный тон призрака мне очень помог. Я сглотнул и обессилено кивнул – да. Надо позвонить.
Достав мобильный, я быстро выбрал в телефонной книжке нужный номер. «Босс». После коротких гудков до меня донёсся спокойный голос отца.
- Алло?
Липкий ком вновь встал у моего горла.
- Алло, пап? Привет, - негромко прохрипел я.
- Дирк? – голос босса мгновенно стал напряжённым и сосредоточенным. - Так, что стряслось?
Я молчал, не в силах выдавить из себя простую по сути фразу. Молчал и смотрел перед собой. Я ловил себя на мысли, что сейчас очень хочу, чтобы папа был не там в Калифорнии, а здесь, рядом.
- Дирк, ты ещё там?
- Да.
- Вы что, квартиру спалили?
- Нет, – от упоминания того, что нас, по идее, должно быть двое, я дрогнул и вновь почувствовал, что не контролирую текущую по лицу влагу.
«Ну же, Дирк, соберись – мужчины не плачут», - твердил я себе, но безуспешно. Я тихо всхлипнул.
- Что-то случилось с Дейвом? – папа явно начал нервничать.
- Я… - начал я. И не смог уже остановиться. - Это моя вина. Я пошёл… А там переход… А он стоял… И потом машина… И она не остановилась… И Дейв…
- Дейв в больнице? – довольно жёстко прервал меня отец.
- Мы оба в больнице. Но Дейв…
- Боже мой, ты что – тоже попал в аварию?!
- Да нет же! Это я виноват… Папа, Дейв, он… - я не мог выдавить из себя последние слова. Упрямо отказывался произносить их вслух.
- Он в сознании? - через небольшую паузу спросил папа.
- Он… Его нет… - тихо проговорил я.
На том конце трубки повисла тишина. А затем короткая фраза, более похожая на обрывок:
- Я лечу к вам.
- Папа!
Но связь уже прервалась. Я какое-то время вслушивался в короткие гудки, пытаясь услышать за ними голос босса, но безрезультатно. В конечном счете, я сбросил трубку.
- Что он сказал? - Джейк посмотрел на меня.
- Что он летит сюда, - негромко ответил я.
- Это хорошие новости, - кивнул Инглиш и поднялся. - Тебя оставить на время?
Я поднял немного мутный взгляд на призрака. И понял, что без него мне будет ещё хуже.
- Нет, останься. Но… Давай просто посидим в тишине?
Боже мой, как же жалко я звучал. В груди начала пульсировать ненависть к себе и к такому своему состоянию. Я же парень, чёрт возьми! Надо взять себя в руки! И с Бейзил ничего ещё не покончено!
Призрак молча сел рядом со мной и сложил руки в замок. Я смотрел на его бледные ладони и собирался с силами. Я вновь начал перебирать в руках жетон – поддержку, которую Дейв мне оставил.
Надо думать, что делать дальше. Смерть брата не должна остаться просто так – я должен отыграться. Я же поклялся. И я не должен проигрывать. Ведь теперь…
- Джейк, - я негромко позвал призрака. Тот повернул ко мне голову и я заглянул в его лицо. - Я обещал кое-что Дейву.
- Что же? – бывший приключенец наклонил голову на бок.
- Я обещал, что если с ним что-нибудь случится, то я буду жить за двоих. Напоминай мне это как можно чаще, хорошо?
Я увидел, как губы Инглиша растянулись в улыбке:
- Конечно, приятель. Поверь – ещё не всё потеряно. Не для тебя, - он вздохнул, опустив взгляд. - Прости меня. Весь день всё было спокойно. Я даже начал думать, что всё обойдётся, а потом…
- Да какая уже разница, - обречённо выдохнул я, а затем прикрыл глаза.
- Наверное, надо сообщить врачам про твоего отца, а затем отправиться домой? – осторожно предложил призрак.
Я не сразу среагировал. Во мне начало медленно расти новое, очень холодное и до этого не известное мне чувство. Оно не разрывало меня на части, не клокотало. Но оно было невероятно, пугающе мощным. Это была готовность отыграться и отправить Тварь туда, откуда она пришла. Потому что я решил, что теперь просто не имею права умереть – ведь я обещал Дейву жить за двоих. А Страйдеры держат свои обещания…
- Да. Пожалуй, пойдём домой.
Ведь там осталась эта мразь, лишившая меня брата.

-------------------------------------------------
* Alea iacta est (лат.) - Жребий брошен (известное многим изречение Гая Юлия Цезаря (100 - 44 гг. до н.э.), произнесённое им при переходе его войск через реку Рубикон. В оригинале было сказано на древнегреческом языке и означало не то, что решение принято, а только готовность к рискованному предприятию. Посему более верен всё же вариант "alea iacta esto (Жребий должен быть брошен)". Но более распространён всё же первый вариант).

@темы: Письменное творчество, Омнифобия, Homestuck